В 1949 году у острова Барса-Кальмес пережидал непогоду рыбацкий баркас. Два любопытных рыбака пошли в глубь острова. Не возвращаются. Товарищи – за ними. Вот они-то и рассказали о кольцеобразной завесе тумана, в которой пропали два человека. Сообщение пошло по инстанциям. А через некоторое время полетел к острову "Ли-2". Летчики увидели "Линзу" еще издалека. За несколько километров до нее зачихали моторы. Пилоты сначала отвернули, потом решили проявить героизм – снова пошли прямо на "Линзу"! Моторы заглохли. Летчикам удалось удачно плюхнуться на мелководье… Сразу же зону окружили военные. Стали запускать в "Линзу" собак на длинных поводках. После определенного рубежа собаки не возвращались!

По мнению ученых из Московского физико-технического института, курирующих "Линзу", в ней находятся тысячи тонн особой воды, которую в лабораториях получают в миллиграммах. Это на периферии "Линзы". А той субстанции, что находится в глубине, и миллиграмма получить не удается. В самом центре "Линзы" плотность вещества должна быть фантастической.

Однажды доставили сюда на барже танк. Закупорили его как можно плотнее, понавешали на броню приборов. А танкисту дали строжайший приказ не на секунду не прерывать речи. Танк стал медленно заползать в глубь "Линзы". Для страховки предусмотрели трос, закрепленный на траншеекопателе. Испытатель непрерывно докладывает обстановку и вдруг на полуслове замолкает! С командного пункта сразу приказ: "Немедленно возвращайтесь!" "А зачем мне теперь возвращаться?" Эту фразу танкиста потом подвергли фоноскопическому анализу. Никаких отклонений в голосе! С искренним, глубоким, совершенно осознанным недоумением произнес он эти слова. Танк сразу выдернули траншеекопателем. А он – в густой шубе инея! Открывают люк. В башне – нигде не поврежденная экипировка танкиста. От тела – ни следа. Перед испытанием мужик порезал палец. В перчатке остался бинт. Даже под сильнейшим микроскопом на нем не обнаружили ни одной молекулы крови!

Жилой городок Барса-Кельмеса состоял в основном из сборных щитовых домиков. Почему-то их называли "финскими". Выделялись из этого скромного архитектурного ряда два сооружения – обычное для любой воинской части кирпичное здание штаба и обычная для любого казахского аула юрта. Для кого предназначалось штабное здание – понятно. А в юрте обитал уникальный человек – пожилой казах Абдразак.

Его привезли на остров родичи вскоре после появления "Линзы". Казах сам требовал этого. Он считал себя "посвященным", поскольку ему было дано влечение к "Линзе"!

Первым делом Абдразак категорически предостерег от всяких попыток лезть внутрь "Линзы". Потом, узнав о планах военных огородить "Линзу", точно указал, где надо ставить наблюдательную вышку. От этого места и начали вести ограждение.

Главное событие на острове обозначилось так: "Абдразак идет на вышку!" В назначенное им время к юрте подъехала на машинах офицерская верхушка, которой была доверена "Линза". Абдразак вышел из юрты в сопровождении переводчика, капитана Кудайбергена, поскольку сам он почти совсем не понимал русский, а говорить по-русски вовсе не мог.

От юрты Абдразака машина направилась к "Линзе". Подъехали к ограждению. На одной вышке устроился Абдразак с Кудайбергеном, на другой (уже была построена вторая вышка) – все остальные офицеры. Что видел Абдразак, как и кому докладывал – этого на Барса-Кальменсе не знает никто, кроме допущенных на вышку. И только одно из "видений", дарованных "Линзой" Абдразаку, стало достоянием всего острова.

"Сеанс" состоялся 3 сентября 1960 года. Событие, увиденное во время него, произошло 12 апреля 1961 года. Как можно было до 12 апреля 1961 года, для полета первого человека в космос, пересказать на казахском языке то, для чего тогда и в русском языке не существовало адекватных слов и понятий, неясно!

Наша миссия на Барса-Кельмесе завершилась летом того же, 1962 года. Тем же лихим торпедным катером нас добросили до Аральска. Оттуда – кто куда.